Зачем?

Вот и поговорим о науке истории и уроках истории . Обсудим важные вопросы.
Разгадаем кроссворды.
Получим необходимую информацию.
И много еще всякого замечательного здесь можно натворить (в хорошем смысле)

воскресенье, 18 декабря 2016 г.


Уважаемые студенты 109 группы!
    Наша встреча 9 декабря была последней в этом семестре. Для получения аттестации вам нужно:
1. выполнить все практические работы;
2. написать сообщение о двух событиях уходящего года, которые вас удивили, потрясли, огорчили, т.е. вызвали сильные эмоции.
  Принимать ваши работы и заполнять зачетки я буду 23 декабря в кабинете 25.

воскресенье, 20 ноября 2016 г.

Практическая работа по локальным конфликтам
1.      Посмотрите фильм «Чечня: трудный рассвет».
2.      Ответьте на вопросы
2.1.Какие конфликты на постсоветском пространстве вам известны?
2.2.Определите характер этих конфликтов?
2.3.Каковы главные причины конфликтов?
2.4.Какие меры для их преодоления Вы могли бы предложить?
2.5.Как современная Чечня решает эти проблемы?

понедельник, 31 октября 2016 г.

Практическая работа № 6.
Работа  с  историческими  картами  СССР  и РФ  за  1989-1991  гг.: экономический, внешнеполитический, культурный и геополитический анализ  произошедших в этот период событий
(по материалам документального проекта Леонида Парфенова «Намедни. Наша эра»: год 1990, год 1991)
1.       Какие события получили название «парада суверенитетов»?
2.       Перечислите события, которые свидетельствуют о наступлении реакции.
3.       Как М.Горбачев пытается сохранить СССР? Каковы мотивы его действий?
4.       Какие силы организовали августовский путч? Какую роль в этих событиях сыграл М.Горбачев?
5.       Каковы причины распада СССР?

6.       На каких условиях создано СНГ? (см. документ)

Документ
             СОГЛАШЕНИЕ
о создании Содружества Независимых Государств
Мы, Республика Беларусь, Российская Федерация (РСФСР), Украина как государства-учредители Союза ССР, подписавшие Союзный Договор 1922 года, далее именуемые Высокими Договаривающимися Сторонами, констатируем, что Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность, прекращает свое существование.
Основываясь на исторической общности наших народов и сложившихся между ними связях, учитывая двусторонние договоры, заключенные между Высокими Договаривающимися Сторонами,
стремясь построить демократические правовые государства,
намереваясь развивать свои отношения на основе взаимного признания и уважения государственного суверенитета, неотъемлемого права на самоопределение, принципов равноправия и невмешательства во внутренние дела, отказа от применения силы, экономических или любых других методов давления, урегулирования спорных проблем согласительными средствами, других общепризнанных принципов и норм международного права,
считая, что дальнейшее развитие и укрепление отношений дружбы, добрососедства и взаимовыгодного сотрудничества между нашими государствами отвечают коренным национальным интересам их народов и служат делу мира и безопасности,
подтверждая свою приверженность целям и принципам Устава Организации Объединенных Наций, Хельсинского Заключительного акта и других документов Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе,
обязуясь соблюдать общепризнанные международные нормы о правах человека и народов,
 договорились о нижеследующем:
 Статья 1
Высокие Договаривающиеся Стороны образуют Содружество Независимых Государств.
Статья 2
Высокие Договаривающиеся Стороны гарантируют своим гражданам независимо от их национальности или иных различий равные права и свободы. Каждая из Высоких Договаривающихся Сторон гарантирует гражданам других Сторон, а также лицам без гражданства, проживающим на ее территории, независимо от их национальной принадлежности или иных различий гражданские, политические, социальные, экономические и культурные права и свободы в соответствии с общепризнанными международными нормами о правах человека.
 Статья 3
Высокие Договаривающиеся Стороны, желая способствовать выражению, сохранению, и развитию этнической, культурной, языковой и религиозной самобытности населяющих их территории национальных меньшинств и сложившихся уникальных этнокультурных регионов, берут их под свою защиту.
Статья 4
Высокие Договаривающиеся Стороны будут развивать равноправное и взаимовыгодное сотрудничество своих народов и государств в области политики, экономики, культуры, образования, здравоохранения, охраны окружающей среды, науки, торговли, в гуманитарной и иных областях, содействовать широкому информационному обмену, добросовестно и неукоснительно соблюдать взаимные обязательства.
Стороны считают необходимым заключить соглашения о сотрудничестве в указанных областях.
 Статья 5
Высокие Договаривающиеся Стороны признают и уважают территориальную целостность друг друга и неприкосновенность существующих границ в рамках содружества.
Они гарантируют открытость границ, свободу передвижения граждан и передачи информации в рамках Содружества.
Статья 6
Государства-члены Содружества будут сотрудничать в обеспечении международного мира и безопасности, осуществлении эффективных мер сокращения вооружений и военных расходов. Они стремятся к ликвидации всех ядерных вооружений, всеобщему и полному разоружению под строгим международным контролем.
Стороны будут уважать стремление друг друга к достижению статуса безъядерной зоны и нейтрального государства.
Государства-члены Содружества будут сохранять и поддерживать под объединенным командованием общее военно-стратегическое пространство, включая единый контроль над ядерным оружием, порядок осуществления которого регулируется специальным соглашением.
Они также совместно гарантируют необходимые условия размещения, функционирования, материального и социального обеспечения стратегических вооруженных сил. Стороны обязуются проводить согласованную политику по вопросам социальной защиты и пенсионного обеспечения военнослужащих и их семей.
Статья 7
Высокие Договаривающиеся Стороны признают, что к сфере их совместной деятельности, реализуемой на равноправной основе через общие координирующие институты Содружества, относятся:
- координация внешнеполитической деятельности;
- сотрудничество в формировании и развитии общего экономического пространства, общеевропейского и евразийского рынков, в области таможенной политики;
- сотрудничество в развитии систем транспорта и связи;
- сотрудничество в области охраны окружающей среды, участие в создании всеобъемлющей международной системы экологической безопасности;
- вопросы миграционной политики;
- борьба с организованной преступностью.
 Статья 8
Стороны осознают планетарный характер Чернобыльской катастрофы и обязуются объединять и координировать свои усилия по минимизации и преодолению ее последствий.
Они договорились заключить в этих целях специальное соглашение учитывающее тяжесть последствий катастрофы.
Статья 9
Споры относительно толкования и применения норм настоящего Соглашения подлежат разрешению путем переговоров между соответствующими органами, а при необходимости – на уровне глав Правительств и Государств.
 Статья 10
Каждая из Высоких Договаривающихся Сторон оставляет за собой право приостановить действия настоящего Соглашения или отдельных его статей, уведомив об этом участников Соглашения за год.
Положения настоящего Соглашения могут быть дополнены или изменены по взаимному согласию Высоких Договаривающихся Сторон.
 Статья 11
С момента подписания настоящего Соглашения на территориях подписавших его государств не допускается применение норм третьих государств, в том числе бывшего Союза ССР.
Статья 12
Высокие Договаривающиеся Стороны гарантируют выполнение международных обязательств, вытекающих для них из договоров и соглашений бывшего Союза ССР.
 Статья 13
Настоящее Соглашение не затрагивает обязательств Высоких Договаривающихся Сторон в отношении третьих государств.Настоящее Соглашение открыто для присоединения всех государств членов бывшего Союза ССР, а также для иных государств, разделяющих цели и принципы настоящего Соглашения.
 Статья 14. Официальным место пребывания координирующих органов содружества является город Минск.
Деятельность органов бывшего Союза ССР на территориях государств – членов Содружества прекращается. Совершено в городе Минске 8 декабря 1991 года в трех экземплярах каждый на белорусском, русском и украинском языках, причем три текста имеют одинаковую силу. Совершено в городе Минске 8 декабря 1991 года в трех экземплярах каждый на белорусском, русском и украинском языках, причем три текста имеют одинаковую силу.
Практическая работа 
по документальному фильму Л.Парфенова "Намедни. Наша эра": год 1987

1. Докажите, что в стране идет перестройка в экономической, политической и духовной сферах (приведите конкретные факты из фильма)
2. (вопросы к документу - см.ниже)
2.1.Каковы причины перестройки?
2.2. О какой философии внешней политики пишет М.Горбачев?
2.3. Почему Горбачев уделяет именно внешней политике такое серьезное внимание?
3. Как вы думаете, к каким последствиям привели эти изменения?

Документ - предисловие к книге М.С.Горбачева

ПЕРЕСТРОЙКА И НОВОЕ МЫШЛЕНИЕ
для нашей страны и для всего мира
 
Книга Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева — это размышления о перестройке, о проблемах, которые встали перед страной, о масштабах перемен, о сложности, ответственности и неповторимости нашего времени. Значительная ее часть посвящена новому политическому мышлению, философии внешней политики.
Книга издана одновременно в СССР и США.
К ЧИТАТЕЛЮ
Я написал эту книгу с желанием обратиться к народам напрямую. К народам СССР, США, любой страны.
С лидерами и другими деятелями многих государств, с представителями их общественности я встречался. Цель же этой книги — без посредников поделиться мыслями с гражданами всего мира по вопросам, касающимся всех без исключения.
Я писал эту книгу с верой в их здравый смысл. Уверен, что они, так же как и я, все мы,— и это самое главное — озабочены судьбой нашей планеты.
Мы должны общаться, мы должны решать проблемы в духе сотрудничества, а не враждебности. Я прекрасно понимаю, что не все согласятся с моими мыслями. Да, собственно, и я не соглашусь со всем тем, что говорится по разным проблемам другими. Тем более, диалог должен идти. И эта книга — мой вклад в него.
Книга эта — не научный трактат и не пропагандистская публицистика, хотя оценки, выводы, подходы к анализу, которые читатель найдет в ней, базируются, естественно, на определенных ценностях и теоретических предпосылках. Скорее всего, это — рассуждения и размышления о перестройке, о проблемах, которые перед нами встали, о масштабах перемен, о сложности, ответственности и неповторимости нашего времени. Я сознательно не перегружал книгу фактическими данными, цифрами, подробностями. Это — книга о наших замыслах, о том, как мы их собираемся реализовать, и, повторяю,— приглашение к диалогу. Значительная ее часть посвящена новому политическому мышлению, философии внешней политики. И если эта книга будет способствовать росту международного доверия, буду считать, что она выполнила свою роль.
Что такое перестройка? Почему она нужна, в чем ее суть и назначение? Что она отвергает и что создает? Как она идет и каковы могут быть последствия для Советского Союза и мирового сообщества?
Все это — законные вопросы. Ответы на них ищут многие: политики и бизнесмены, ученые и журналисты, учителя и врачи, священнослужители, литераторы и студенты, рабочие и фермеры. Многие хотят понять, что на самом деле происходит в Советском Союзе, тем более что на газетных полосах, на телевизионных экранах Запада не стихают волны недоброжелательства в отношении моей страны.
Перестройка — в центре духовной жизни самого нашего общества. Это вполне естественно: ведь речь идет о судьбе страны. Перемены, которые она несет с собой, касаются всех советских людей, затрагивают самые животрепещущие проблемы. Всех заботит ответ на вопрос: в каком обществе будем жить не только мы сами, но и наши дети и внуки?
Естествен живой интерес к советской перестройке в других социалистических странах. Они тоже переживают непростой, но очень важный период поисков в своем развитии, разрабатывают и опробуют пути ускорения экономического и социального роста. А успех здесь во многом сопряжен с нашим взаимодействием, с нашими совместными делами и заботами.
Так что интерес сейчас к нашей стране понятен, особенно если принять во внимание тот реальный вес, который она имеет в мировых делах.
Вот учитывая все это, я и согласился с просьбой американских издателей написать эту книгу. Мы хотим быть понятыми.
Советский Союз действительно переживает необыкновенное время. Коммунистическая партия подвергла критическому анализу сложившуюся к середине 80-х годов ситуацию и разработала курс, основанный на идее перестройки и ускорения социально-экономического развития страны, обновления всех сфер жизни общества. Этот политический курс поняли и приняли советские люди. Перестройка привела в движение все общество. Конечно, страна наша огромная, проблем накопилось много, и решить их будет нелегко. Но перемены начались, и повернуть общество вспять уже невозможно.
На Западе, включая США, перестройку истолковывают по-разному. В том числе и так, будто вызвана она катастрофическим состоянием советской экономики, отражает разочарование в социализме, кризис его идей и конечных целей. Ничто не может быть дальше от истины, чем подобные толкования, какими бы соображениями они ни вызывались.
Разумеется, перестройка стимулирована в значительной мере нашей неудовлетворенностью тем, как шли дела в стране в последние годы. Но в еще большей степени она объясняется осознанием того, что потенциальные возможности социализма использовались недостаточно. Сейчас, в дни 70-летия нашей революции, мы особенно отчетливо осознаем это. Мы располагаем прочным материальным фундаментом, большим опытом, духовным кругозором для того, чтобы целеустремленно и непрерывно совершенствовать наше общество, добиваясь все более высокой отдачи — как количественной, так и качественной — от всей нашей деятельности.
Забегая вперед, скажу: дело перестройки оказалось более трудным, чем представлялось поначалу. Многое нам приходится переосмысливать заново. Но с каждым новым шагом у нас все больше уверенности в правильности того, что мы начали и что делаем.
Утверждают порой, что огромные задачи, которые поставила перестройка в нашей стране, продиктовали и необходимость мирных инициатив, с которыми мы вышли в последнее время па международную арену. Это — упрощенное толкование. Хорошо известно, что Советский Союз давно ведет курс на мир и сотрудничество, вносил и ранее много предложений, которые, будь они в свое время приняты, оздоровили бы международную обстановку.
Да, мы заинтересованы в нормальных международных условиях для нашего внутреннего прогресса. Но мы за мир без войны, без гонки вооружений, за безъядерный и ненасильственный мир не только потому, что это — оптимальное условие для нашего внутреннего развития. Это — объективная потребность всемирного масштаба, вытекающая из современных реальностей.
Но наше новое мышление идет дальше. Мир живет в атмосфере не только ядерной угрозы, но и нерешенности крупных социальных вопросов, новых стрессов, порожденных научно-технической революцией и обострением глобальных проблем. Человечество оказалось перед небывалыми задачами, без совместного решения которых его будущее ставится под вопрос. Все страны теперь взаимосвязаны, как никогда. А накопление вооружений, особенно ракетно-ядерных, делает все более вероятной вспышку мировой войны даже непреднамеренно, случайно: из-за технической неполадки или из-за психического сбоя. Жертвой же окажется все живое на Земле.
Уже все, кажется, согласны, что в такой войне не будет ни победителей, ни побежденных, но ведь не будет и уцелевших. Это смертельная угроза для всех.
Перспектива ядерной смерти, несомненно,— самый чудовищный из «сценариев», по которому может пойти развитие событий. Но проблема еще и в другом. Спираль гонки вооружений вкупе с военно-политическими реалиями мира, сохраняющимися традициями доядерного политического мышления мешают налаживать то сотрудничество стран и народов, без которого — с этим согласны и на Востоке, и на Западе — государствам Земли не сохранить природу, не обеспечить разумное использование и воспроизводство ее богатств. А значит, и не выжить достойным человека образом.
Да, мир сегодня не такой, как вчера, и его новые проблемы не могут решаться на основе образа мышления, унаследованного от прежних веков. Разве можно теперь держаться за тезис о войне как продолжении политики иными средствами?
Словом, мы в советском руководстве пришли к выводу — и не устаем повторять его — о необходимости нового политического мышления. Причем советское руководство стремится энергично перевести его в плоскость практических действий, прежде всего в сфере разоружения. Этим продиктованы внешнеполитические инициативы, которые мы честно предложили миру Каков масштаб нового исторического мышления? Оно действительно охватывает всю главную проблематику нашего времени.
При всей противоречивости современного мира, при всем многообразии существующих в нем социальных и политических систем, при всей неодинаковости выбора, который сделали в разные времена народы, он представляет собой определенную целостность. Все мы пассажиры одного корабля — Земли, и нельзя допустить, чтобы он потерпел крушение. Второго Ноева ковчега не будет.
Политика должна строиться на реальностях. А наиболее внушительной реальностью сегодняшнего мира является сосредоточение колоссального военного, в том числе ядерного, арсенала именно у Соединенных Штатов и Советского Союза. Это налагает на наши страны особую ответственность перед всем миром. Движимые этим сознанием, мы искренне стремимся оздоровить советско-американские отношения, хотим достичь хотя бы минимума взаимопонимания, необходимого для решения вопросов, от которых зависят судьбы мира.
Мы откровенно говорим о том, что не приемлем гегемонистские устремления и глобалистские притязания США. Нам не нравятся какие-то аспекты американской политики и жизни. Но мы признаем право народа США, как и всякого другого, жить по своим правилам и законам, по своим обычаям и вкусам. Мы знаем и учитываем огромную роль США в современном мирз, ценим вклад американцев в мировую цивилизацию, считаемся с законными национальными интересами США, понимаем, что без этой страны невозможно устранить угрозу ядерной катастрофы, обеспечить устойчивый мир. У нас нет никаких недобрых намерений в отношении американского народа. Мы хотим и готовы сотрудничать по всем направлениям.
Но сотрудничать на основе равенства, взаимопонимания и взаимодвижения. Нас порой не просто разочаровывает, но наводит на серьезные размышления, когда в Соединенных Штатах нашу страну воспринимают как агрессора, «империю зла» и т. п., распространяют о ней разные небылицы, сплетни, сеют недоверие и неприязнь к нашему народу, провоцируют разными запретами, ведут себя с нами просто нецивилизованным образом. Это — близорукость недопустимая.
Время идет, и терять его нельзя. Надо действовать. Обстановка не позволяет ждать идеального момента: конструктивный и широкий диалог необходим сегодня. Из этого мы исходим, перебрасывая телевизионные мосты между советскими и американскими городами, между советскими и американскими политическими и общественными деятелями, между простыми американцами и советскими гражданами. Мы даем в наших средствах массовой информации весь спектр позиций Запада, в том числе и самых консервативных. Поощряем контакты с представителями иного мировоззрения и политических убеждений. С нашей стороны в этом выражается понимание, что такая практика помогает движению к взаимоприемлемому миру.
Мы далеки от того, чтобы только свой подход считать истинным. У нас нет универсальных рецептов, но мы готовы искренне и честно совместно с США и другими странами искать ответы на все вопросы, в том числе и самые трудные. 

понедельник, 10 октября 2016 г.

Уважаемые студенты группы 109!
В четверг 6 октября нас было очень мало на занятии, поэтому прошу сделать дома практическую работу по внешней политике.

Вы можете посмотреть фрагмент документального фильма Л.Парфенова "Намедни. Наша эра": год 1979 (ввод советских войск в Афганистан) и ответить на следующие вопросы:
1.       Изучите советскую программу мира. Как вы оцениваете ее реализацию?
2.       В чем смысл «доктрины Брежнева»?
3.       Каковы последствия ввода советских войск в Афганистан?
4.       Почему президент США Р.Рейган называл СССР «империей зла»? 


Приложение к работе

Значение слова "Программа мира" в Большой Советской Энциклопедии

Программа мира, система мероприятий, направленных на коренное улучшение современной международной обстановки и принципиальную перестройку отношений между государствами, изложенная
Л. И. Брежневым в Отчётном докладе ЦК партии и принятая 24-м съездом КПСС (1971).

  Программа мира базируется на ленинском принципе 
мирного сосуществования государств с различным общественным строем. В ней ставятся задачи:

  — Ликвидировать военные очаги в Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке и содействовать политическому урегулированию в этих районах на основе уважения законных прав государств и народов, подвергшихся агрессии; давать немедленный и твёрдый отпор любым актам агрессии и международного произвола; отказ от применения силы и угрозы её применения для решения спорных вопросов должен стать законом международной жизни.

  — Исходить из окончательного признания территориальных изменений, происшедших в Европе в результате 2-й мировой войны 1939—45, осуществить коренной поворот к разрядке и миру на этом континенте, обеспечить созыв и успех 
Совещания по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе; сделать всё для обеспечения коллективной безопасности в Европе. СССР подтверждает совместно выраженную странами — участницами оборонительного Варшавского договора готовность к одновременному аннулированию этого договора и Североатлантического союза или — в качестве первого шага — к ликвидации их военных организаций.

  — Заключить договоры, ставящие под запрет ядерное, 
химическое и бактериологическое оружие; добиваться прекращения всюду и всеми испытаний ядерного оружия, включая подземные; содействовать созданию безъядерных зон в различных районах мира. СССР выступает за ядерное разоружение всех государств, обладающих ядерным оружием, за созыв в этих целях конференции пяти ядерных держав — СССР, США, КНР, Франции, Англии.

  — Активизировать борьбу за прекращение гонки вооружений всех видов. СССР высказывается за созыв всемирной конференции для рассмотрения вопросов разоружения во всём их объёме, за ликвидацию иностранных военных баз, за сокращение вооруженных сил и вооружений в районах, где военное противостояние особенно опасно, прежде всего в Центральной Европе; считает целесообразным разработку мер, уменьшающих вероятность случайного возникновения или преднамеренной фабрикации военных инцидентов и их перерастания в международные кризисы, в войну. СССР готов договариваться о сокращении военных расходов в первую очередь крупных государств.

  — Полностью претворить в жизнь решения ООН о ликвидации колониальных режимов; всеобщему осуждению и бойкоту подлежат проявления расизма и апартеида.

  — СССР готов углублять отношения взаимовыгодного сотрудничества во всех областях с государствами, которые стремятся к этому; готов участвовать со всеми другими заинтересованными государствами в решении таких проблем, как сохранение природной среды, освоение энергетических и др. природных ресурсов, развивать транспорт и связь, предупреждать и ликвидировать наиболее опасные и распространённые заболевания, вести исследование и освоение космоса и Мирового океана (см. Материалы XXIV съезда КПСС, 1971, с. 29—30).

  Претворение в жизнь Программа мира на международной арене происходит в острой борьбе сил прогресса против сил реакции. В реализации Программа мира активно участвуют страны социалистического содружества, международное рабочее и коммунистическое движение. С положениями Программа мира солидаризируются лидеры развивающихся стран, её конструктивный характер признают некоторые государственные деятели Запада, реалистически оценивающие международную обстановку.

  Эффективно способствуя позитивному развитию отношений между государствами различных социальных систем и активизируя борьбу всех прогрессивных сил за прочный мир, против агрессии и колониализма, Программа мира явилась важным фактором оздоровления международной обстановки. 
Советская программа мира на 80-е годы
Товарищи! В 1918 году, когда молодой Советской Республике не было еще и года, Ленин с законной гордостью писал: «…мы, как социалистическая республика, хотя бы и истерзанная, ограбленная империалистами, остались вне империалистской войны и перед всем миром подняли знамя мира, знамя социализма» (Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 37, с. 53 – 54). И это знамя, какие бы вызовы нам ни бросались, какие бы испытания на нас ни обрушивались, советские коммунисты всегда держали высоко. XXVI съезд КПСС вновь показал: во внешней политике партия Ленина уверенно продолжает следовать ленинским курсом! (Продолжительные аплодисменты.)
Известно, что начало 80-х годов отмечено серьезным осложнением международной обстановки. Политика империализма, прежде всего американского, угрожает перечеркнуть многое из того, чего удалось добиться в 70-е годы на путях разрядки напряженности. Взвинчивая гонку вооружений, воинствующие круги НАТО стремятся подорвать сложившееся военно-стратегическое равновесие между социализмом и капитализмом, изменить в свою пользу соотношение сил на мировой арене. При этом активно используется нынешняя враждебная делу мира внешняя политика Китая. В результате на пути разрядки возникли серьезные преграды. Военная опасность, которая несколько уменьшилась в середине прошлого десятилетия, вновь возросла.
Понятно поэтому, с каким напряженным вниманием ожидался XXVI съезд нашей партии. Дадим ли мы себя спровоцировать? Что скажет Москва, чем ответит она на вызывающие декларации и действия Вашингтона? Вот о чем размышляли, о чем спорили накануне съезда за рубежом. Теперь спорить не о чем, XXVI съезд КПСС выступил с развернутой конструктивной программой упрочения международной безопасности.
Сохранение разрядки, обуздание гонки вооружений, укрепление мира отвечают интересам всех народов. Любое ядерное столкновение принесло бы человечеству неисчислимые бедствия. Его допустить нельзя! Такова суть подхода КПСС к самому жгучему вопросу современности – вопросу о войне и мире.
Никогда прежде столь стремительными темпами не накапливалось оружие чудовищной разрушительной силы. Никогда прежде попытки воспользоваться им для решения споров или конфликтов не несли угрозу всей цивилизации и даже самой жизни на нашей планете.
Отсюда следует непреложный вывод: преступно рассматривать термоядерную войну как рациональное и чуть ли не «законное» продолжение политики. Сегодня любой ответственный государственный деятель обязан сознавать: упование на силу, на применение ракетно-ядерного оружия ставит под вопрос будущее человечества.
Но, к сожалению, заявления и действия некоторых политиков по обе стороны Атлантики говорят о том, что они не понимают или не хотят понимать это. Более того. Толкуя о так называемой «ограниченной», «дозированной» ядерной войне, они стремятся приучить людей к мысли о допустимости, приемлемости ракетно-ядерного столкновения. Вот почему, товарищи, так важно, чтобы правда о губительных последствиях термоядерного конфликта была в полной мере осознана всеми народами. Исходя из этого, XXVI съезд КПСС одобрил предложение создать авторитетный международный комитет из виднейших ученых различных стран, который показал бы абсолютную необходимость предотвращения ядерной катастрофы.
Оценивая внешнеполитическую программу XXVI съезда в целом, нельзя не видеть, что линия КПСС в международных делах не подвержена конъюнктурным колебаниям, не подчинена каким-то узкоэгоистическим целям, не направлена против какого-либо народа или государства. Она направлена против войны, против сил милитаризма и неоколониализма. Она направлена на обеспечение мира, оздоровление всей обстановки на международной арене.
Сейчас наша программа широко обсуждается парламентами, правительствами, партиями, мировой общественностью. В этой связи хотелось бы коснуться нескольких моментов.
О моратории на размещение в Европе новых ракетно-ядерных средств средней дальности. Чего только не наговорено на Западе вокруг этого предложения. А, казалось бы, все здесь ясно. Если хочешь вести переговоры о сокращении вооружений, если хочешь делать это искренне и с надеждой на успех, так не лучше ли заморозить – хотя бы на время переговоров – существующие уровни вооружений?
Со всей ясностью проблема свертывания ракетно-ядерных вооружений в Европе очерчена в недавнем выступлении товарища Брежнева в Праге. Смысл советской позиции состоит в том, чтобы, не нарушая сложившегося примерного военного равновесия на европейском континенте, шаг за шагом добиваться снижения его уровня.
Известно, что Советский Союз предложил расширить зону применения мер доверия в Европе. Готовы мы договариваться и о распространении мер доверия на Дальний Восток. Правда, в Пекине поторопились назвать наши предложения пропагандой. Но проблема оздоровления обстановки в этой обширной и неспокойной зоне остается, и тот, кто стремится к безопасности, не может уклоняться от поисков ее решения.
Хотелось бы затронуть еще один существенный вопрос. В Соединенных Штатах упорно твердят: переговоры по тем или иным конкретным вопросам надо вести в «увязке» со всем спектром международных проблем. Совсем недавно прежняя американская администрация все и вся увязывала с насквозь фальшивой заботой о «правах человека». Теперь – новые «увязки». А чему они служат? Да тому, что уходят, скажем, от переговоров по ограничению стратегических вооружений, подогревают конфликтные ситуации, вмешиваются прямо или косвенно во внутренние дела других стран. Разве не об этом говорят политика администрации Рейгана в отношении Сальвадора или провокации против независимого неприсоединившегося Афганистана?
А взять возню вокруг социалистической Польши. Некоторые деятели на Западе, с одной стороны, ставят перспективы разрядки в зависимость от развития событий в этой стране, а с другой – стараются дестабилизировать положение в Польше, затруднить преодоление кризисной полосы. Это – лицемерная и авантюристическая позиция. Польские коммунисты, польские трудящиеся построили сильную независимую социалистическую родину. И свои завоевания они не отдадут. Хочу напомнить, что у народной Польши есть верные друзья, на которых она может положиться.
Добиваясь радикального оздоровления международной атмосферы, выдвигая конкретные инициативы, Советский Союз не ставит ультиматумов. СССР вовсе не хочет сказать: или так – или никак. Советские предложения – это приглашение к переговорам, к диалогу, в ходе которого могут и должны обсуждаться любые инициативы – коль скоро они способствуют решению актуальных международных задач. Советский Союз готов к такому диалогу на всех уровнях как в рамках двусторонних отношений с США, Францией, ФРГ, другими странами, так и в рамках Совета Безопасности ООН. И, как подчеркнул недавно товарищ Брежнев, мы не выдвигаем при этом никаких предварительных условий.
Что же касается попыток определенных западных кругов говорить с нами языком угроз, их опасного балансирования на грани разрядки и «холодной войны», то наша партия заявляет твердо: мы никому не позволим ущемлять законные интересы нашей страны и наших союзников. (Продолжительные аплодисменты.)
Настойчиво действуя в интересах улучшения международных отношений, Советский Союз не ослабляет бдительности. XXVI съезд вполне определенно высказался на сей счет. Нужен прочный щит для мирной жизни советского народа и его друзей. И он у нас есть – это доблестные Советские Вооруженные Силы, это союзные армии стран – участниц Варшавского Договора. (Продолжительные аплодисменты.)
Реализация советской Программы мира рассчитана не на один год. Но по существу программа наша уже делает очень важное дело. Она побуждает многие правительства вновь и вновь оценивать свои позиции по острым международным вопросам. Она служит стимулом для активизации широких демократических, антивоенных сил, придерживающихся различной политической ориентации. Она вселяет в людей уверенность, что есть реальный выход из накаленной обстановки.
Товарищи! В соединении, в слиянии борьбы за мир с борьбой народов за социальный прогресс Ленин видел реальную возможность поставить прочную преграду империалистической политике войн, грабежа и насилия. Этот подход и сегодня служит для нашей партии верным ориентиром в международных делах.
Наша партия органически увязывает политику миролюбия с поддержкой правого дела свободы, демократии и национальной независимости. Но никто и никогда не сможет доказать, что помощь Советского Союза другим странам, другим народам преследует какие-то корыстные цели. Таких фактов не существует. Зато есть другие факты. Советские специалисты несут знания людям, которых колониализм обрекал на духовную тьму. Там, где властвовала нищета, при нашем содействии рождаются индустриальные и аграрные центры. Народам, которые сталкиваются с силовым нажимом империализма, наша поддержка помогает оградить свою независимость. Мы вправе гордиться такой интернационалистской, ленинской политикой. И мы гордимся ею. (Аплодисменты.)
В интервью американской журналистке Луизе Брайант Ленин говорил: «Америке ничего не даст вильсоновская политика благочестивого отказа иметь с нами дело на том основании, что наше правительство им не по вкусу» (Ленинский сборник XXXVII. М., 1970, с. 254). Эти слова проверены временем.
Непродуктивное это занятие – строить политику в отрыве от реальностей. Лишь в опасные теснины можно завести дело международного общения и сотрудничества, выступая с фантастическими заявлениями о стремлении СССР добиться «мирового господства», создать «всемирное коммунистическое правительство». Столь же абсурдна и шумиха о «международном терроризме», за которым якобы стоит Советский Союз. На самом же деле ее организаторы хотят за этой шумихой скрыть свой замысел – развернуть наступление против сил национального освобождения.
Советский Союз твердо выступает за уважение общепринятых международных норм. И именно поэтому мы не признаем ни за кем права давать уроки другим народам, права подавлять их волю к свободе, будь то в Азии, Африке, Латинской Америке – в любом уголке земли. «Кодекс поведения», который отбрасывал бы человечество к давно минувшей эпохе, когда в международных отношениях безраздельно господствовали диктат империалистов, шантаж, дискриминация слабых сильными, мы отвергаем. Социальный прогресс ни остановить, ни отменить нельзя. (Аплодисменты.)
Выдвигая Программу мира на 80-е годы, КПСС исполнена решимости и впредь укреплять братский союз социалистических стран. Наша партия будет крепить интернациональное единство мирового коммунистического движения, расширять и углублять узы товарищеского сотрудничества со всеми марксистско-ленинскими партиями. Совместные действия с ними в борьбе против гонки вооружений, за мир и социальный прогресс служат мирному будущему человечества. Советский Союз был и будет верным другом всех народов, которые в борьбе с империализмом, с силами прошлого прокладывают собственный путь к справедливой жизни. (Аплодисменты.)
Утвердить мир, действуя разрозненно, трудно. Это по плечу подлинно всемирной коалиции антивоенных сил. Такая коалиция – не утопия. Ее вызывает к жизни насущная потребность народов объединиться во имя мирных целей, сообща устранить угрозу термоядерного конфликта. Наша страна готова к широкому и конструктивному сотрудничеству со странами другой социальной системы, со всеми, кто намерен искренне работать во имя прочного, справедливого и демократического мира.
Товарищи! Двадцать лет назад человек впервые преодолел силу земного притяжения. Впервые сын Земли увидел с космической высоты нашу планету. Это был Юрий Гагарин, наш соотечественник, гордость всего человечества. С началом космической эры не только раздвинулись горизонты познания. Гораздо острее стало ощущение того, что Земля – это общий дом людей и его нужно беречь всем вместе. Родина Ленина, родина Гагарина стремится к тому, чтобы неизмеримые возможности человеческого разума были целиком обращены на это благородное дело. (Аплодисменты.)
Всем авторитетом XXVI съезда Коммунистическая партия Советского Союза подтверждает: воля советского народа к миру, его приверженность идеалам свободы непоколебимы! (Продолжительные аплодисменты.)





воскресенье, 2 октября 2016 г.

Уважаемые студенты!
Перед вами материалы для выполнения практической работы.
Прочитайте тексты (фрагмент 1 и 2) и ответьте на вопросы:

1. Какую роль играла советская культура в строительстве социализма и коммунизма? Каково мнение Н.С.Хрущева и И.В.Сталина об этом?
2. Почему И.Сталин уделяет такое внимание фильму? Какие претензии у Сталина (и его окружения) к картине Эйзенштейна?
3. Чем идеология отличается от культуры? Как боролись с «неправильными» художниками? (см.тексты в приложении)
4. Возможно ли творчество без свободы? Нужна ли цензура?

В первом фрагменте речь идет о посещении Н.С.Хрущевым выставки авангардных художников, во втором - о встрече И.Сталина с создателями кинофильма "Иван Грозный" (1 и 2 серии).

ФРАГМЕНТ 1
Что говорил Хрущев на самом деле...
О ТВОРЧЕСТВЕ АВАНГАРДИСТОВ
- Я бы, например, сказал тем людям, которые увлекаются всякого рода мазней, не рисуют, не создают картины, а буквально мажут их: вы, господа, говорите, что мы, видимо, не доросли до понимания вашего искусства. Нет, мы, наш народ понимаем, что хорошо, а что плохо. И если эти, с позволения сказать «художники», которые не хотят трудиться для народа и вместе с народом, выразят желание поехать за границу к своим идейным собратьям, то пусть они попросят разрешения на выезд, в тот же день получат паспорта.
- Некоторые, видимо, стали стыдиться, что мы действительно, может быть, не доросли? Пошли к чертовой матери! Не доросли, что делать! Пусть судит нас история, а покамест нас история выдвинула, поэтому мы будем творить то, что полезно для нашего народа и для развития искусства... Сколько есть еще педерастов; так это же отклонение от нормы. Так вот это - педерасты в искусстве.
О ПРЕДНАЗНАЧЕНИИ СОВЕТСКОГО ИСКУССТВА
- Картина должна вдохновлять человека, она должна его возвышать, вдохновлять на подвиг ратный, трудовой. А это что?..
- Когда-то, в годы войны и после войны, я поддерживал очень дружеские отношения со скульптором Меркуловым (в действительности речь идет о скульпторе Меркурове, умершем в 1952 г. - Прим. ред.). Это хороший был человек. Когда я приезжал в Москву, он всегда звонил мне и приглашал к себе. Это был настоящий мужчина. Как-то раз он мне говорит: приходите в музей изящных искусств (на выставку картин, спасенных из Дрезденской галереи. - Прим. ред.). Это немножко будет и критикой звучать в адрес художников, здесь присутствующих. Он говорит: вот смотрите, вот это работа голландского художника - он назвал художника. Так вот, если наши художники нарисуют, говорит, надо дальше отходить; а здесь так нарисовано, что можно смотреть и в лупу; посмотрите, как он нарисовал - все поры видно. Вот это голландцы рисовали. И действительно, вы можете близко подойти, вы можете дальше отойти, у вас все равно представление не меняется, и вы можете долго стоять, смотреть и наслаждаться...
Ведь искусство не должно отталкивать, пугать. Он говорит: я страшно нарисую. Так вы должны страшным вызвать гнев - это одна цель, и другое - вызвать страх. И если крайность допустить, что ваше произведение начнет работать в одном направлении - вызовет только страх, это - капитуляция. А что вы преследуете?
- Вот художественное произведение литературы, вот ведь написал Солженицын об ужасных вещах (речь идет о повести А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича», опубликованной в журнале «Новый мир» за несколько дней до выставки. - Прим. ред.), но он написал с позиций, зовущих к жизни... Вы говорите, я вижу тут море, воздух, то, что вы видите, это только вы видите. А этого недостаточно. Произведение тогда, когда другие видят.
Вот как вспоминал об этом событии, спустя три десятка лет, Леонид Рабичев в рассказе «Манеж 1962, до и после…».

«Никита Сергеевич стоял посреди зала, почти сплошь завешанного картинами учеников Элия Белютина. Я внимательно следил за мимикой лица Никиты Сергеевича — оно было подобно то лицу ребенка, то мужика-простолюдина, то расплывалось в улыбке, то вдруг на нем обозначалась обида, то оно становилось жестоким, нарочито грубым, глубокие складки то прорезывали лоб, то исчезали, глаза сужались и расширялись.

Видно было, что он мучительно хотел понять, что это за картины, что за люди перед ним, как бы ему не попасть впросак, не стать жертвой их обмана. Но при всем при этом на фоне лиц-масок помощников, сопровождавших его, однозначно замкнутых, однозначно угодливых, однозначно послушных или однозначно безразличных, — лицо Никиты Сергеевича отличалось естественной живостью реакций. В данном случае оно стало злым. Никита Сергеевич молчал около двух минут, а затем громко, с ненавистью произнес: “Говно!”. И, подумав, добавил: “Педерасты!”. И тут все сопровождавшие его государственные люди, как по команде, указывая пальцами то на одного, то на другого из нас, закричали: “Педерасты!”. Нас было тринадцать художников, мы стояли около своих картин.

Каждый из нас видел трех-четырех кричащих вождей, слышал то, что кричали именно они. Один слышал Шелепина, другой Мазурова, Фурцеву. Я лично стоял рядом с Сусловым и Ильичевым. Члены правительства с возбужденными и злыми лицами, одни бледнея, другие краснея, хором кричали: “Арестовать их! Уничтожить! Расстрелять!”.

Рядом со мной Суслов с поднятыми кулаками кричал: “Задушить их!”. Происходило то, что невозможно описать словами. Ситуация была настолько противоположна ожидаемой и настолько парадоксальной и непредсказуемой, что в первый момент я растерялся, никак не мог взять в толк, что это обращено к нам, ко мне в частности.

Между тем Никита Сергеевич поднял руку, и все замолчали. В наступившей тишине он произнес: “Господин Белютин! Ко мне!”. Бледный, но еще не сломленный Элий Михайлович подошел к Хрущеву. “Кто родители?” — спросил Хрущев. “Мой отец, — ответил Элий Михайлович, — известный общественный деятель”. В этом ответе содержалось что-то мистическое. Общественные деятели были в других странах, у нас же родители могли быть рабочие и крестьяне — это хорошо! Служащие, ученые и люди творческих профессий — хуже, но тоже возможно. Может быть, известным общественным деятелем Хрущев считал лишь себя? Он несколько опешил, не стал уточнять и спросил: “Что это?”. (Имелись в виду наши картины.) Элий Михайлович ответил — точно не помню, как именно, какие были слова, но по смыслу — начал говорить о содержании, о чем работы — домик в Ульяновске, портрет, пейзаж, Волга. Но кто-то опять закричал: “Педерасты!”, кто-то: “Надо их арестовать! Говно!”. И Хрущев сказал: “Говно!”. И все опять начали кричать, и опять Никита Сергеевич поднял руку, и все замолчали, и он сказал: “Господин Белютин! Вы хотели общаться с капиталистами, мы предоставляем вам такую возможность. На всех вас уже оформлены заграничные паспорта, через двадцать четыре часа все вы будете доставлены на границу и выдворены за пределы Родины”.

— Что вы делаете, Никита Сергеевич? — кричали все вокруг. — Их не надо выпускать за границу! Их надо арестовать! И вдруг кто-то обратил внимание на длинноволосого бородатого художника в красном свитере, на ныне покойного, доброго и талантливого Алешу Колли, и закричал: “Вот живой педераст!”. И члены правительства, и члены идеологической комиссии — все вытянули пальцы, окружили его, кричали: “Вот живой педераст!”.

Хрущев подошел к первой висящей слева от двери картине и спросил: “Кто автор?”
На следующей картине был в несколько трансформированном виде изображен молодой человек.

— Автора ко мне, — произнес Хрущев.

Подошел Борис Жутовский.

— Кто родители? — спросил Хрущев.

— Служащие, — кажется, ответил Борис Жутовский.

— Служащие? Это хорошо. Что это? (О картине.)

— Это мой автопортрет, — ответил Борис.

— Как же ты, такой красивый молодой человек, мог написать такое говно?

Борис Жутовский пожал плечами, в смысле — написал.

— На два года на лесозаготовки, — приказал кому-то Хрущев.

Дальше висела светло-голубая картина, напоминающая небо и людей в скафандрах, автором был Володя Шорц, родители — рабочие (мать санитарка).

— Рабочие — это хорошо, — сказал Никита Сергеевич, — я тоже был рабочим. Что это?

— Космонавты, — ответил Шорц.

— Какие же это космонавты? Я лично всех знаю. Нет среди них голубых, обыкновенные люди. Говно.

Никита Сергеевич, очевидно, по ассоциации обратился к Фурцевой и сказал, что вот он каждый вечер включает радиоприемник, и все джазы да джазы, и ни одного хора, ни одной русской народной песни.

“Мы, Никита Сергеевич, исправим положение”, — сказала Фурцева. Следующие два месяца во изменение всех программ с утра до вечера исполнялись русские народные песни.

— Зачем вы меня сюда привезли? — обратился он к Ильичеву. — Почему не разобрались в этом вопросе сами?

— Вопрос получил международную огласку, о них пишут за границей, мы не знаем, что с ними делать.

— Всех членов партии — исключить из партии, — сказал Хрущев, — всех членов союза — из союза, — и направился к выходу.

Вера Ивановна Преображенская сказала: “Ну, хорошо, вы все педерасты, а я кто?” Мы стояли на площади и гадали, что с нами будет? Сколько часов остается? Чему верить? Вышлют из страны? Арестуют? Пошлют на лесозаготовки? Снимут с работы, исключат из союза? Ведь не кто-нибудь, а глава государства говорил все это. Что правильно?»

В результате событий на выставке на следующий день в газете «Правда» был опубликован разгромный доклад, который послужил началом кампании против формализма и абстракционизма в СССР. Хрущев потребовал исключить из Союза художников и из КПСС всех участников выставки, но оказалось, что ни в КПСС, ни в Союзе художников, из участников выставки практически никто не состоял.
ФРАГМЕНТ 2
Беседа Сталина с Эйзенштейном и Черкасовым по поводу фильма"Иван Грозный" 26 февраля 1947 г.
Мы (С.М. Эйзенштейн и Н.К. Черкасов. - Ред.) были вызваны в Кремль к 11 часам. В 10 часов 50 минут пришли в приемную. Ровно в 11 часов вышел Поскребышев проводить нас в кабинет. В глубине кабинета - Сталин, Молотов, Жданов. Входим, здороваемся, садимся за стол.
Сталин: Что вы думаете делать с картиной?
Мы говорим о том, что разрезали вторую серию на две части, отчего Ливонский поход не попал в эту картину и получилась диспропорция между отдельными ее частями, и исправлять картину нужно в том смысле, что сократить часть заснятого материала и доснять, в основном, Ливонский поход.
Сталин: Вы историю изучали?
Эйзенштейн: Более или менее...
Сталин: Более или менее?.. Я тоже немножко знаком с историей. У вас неправильно показана опричнина. Опричнина - это королевское войско. В отличие от феодальной армии, которая могла в любой момент сворачивать свои знамена и уходить с войны, - образовалась регулярная армия, прогрессивная армия. У вас опричники показаны, как ку-клукс-клан.
Эйзенштейн сказал, что они одеты в белые колпаки, а у нас - в черные.
Молотов: Это принципиальной разницы не составляет.
Сталин: Царь у вас получился нерешительный, похожий на Гамлета. Все ему подсказывают, что надо делать, а не он сам принимает решения... Царь Иван был великий и мудрый правитель, и если его сравнить с Людовиком XI (вы читали о Людовике XI, который готовил абсолютизм для Людовика XIV?), то Иван Грозный по отношению к Людовику на десятом небе.
Мудрость Ивана Грозного состояла в том, что он стоял на национальной точке зрения и иностранцев в свою страну не пускал, ограждая страну от проникновения иностранного влияния. В показе Ивана Грозного в таком направлении были допущены отклонения и неправильности. Петр I - тоже великий государь, но он слишком либерально относился к иностранцам, слишком раскрыл ворота и допустил иностранное влияние в страну, допустив онемечивание России. Еще больше допустила его Екатерина. И дальше. Разве двор Александра I был русским двором? Разве двор Николая I был русским двором? Нет. Это были немецкие дворы.
Замечательным мероприятием Ивана Грозного было то, что он первый ввел государственную монополию внешней торговли. Иван Грозный был первый, кто ее ввел, Ленин - второй.
Жданов: Эйзенштейновский Иван Грозный получился неврастеником.
Молотов: Вообще сделан упор на психологизм, на чрезмерное подчеркивание внутренних психологических противоречий и личных переживаний.
Сталин: Нужно показывать исторические фигуры правильно по стилю. Так, например, в первой серии неверно, что Иван Грозный так долго целуется с женой. В те времена это не допускалось.
Жданов: Картина сделана в византийском уклоне, и там тоже это не практиковалось.
Молотов: Вторая серия очень зажата сводами, подвалами, нет свежего воздуха, нет шири Москвы, нет показа народа. Можно показывать разговоры, можно показывать репрессии, но не только это.
Сталин: Иван Грозный был очень жестоким. Показывать, что он был жестоким можно, но нужно показать, почему необходимо быть жестоким.
Одна из ошибок Ивана Грозного состояла в том, что он не дорезал пять крупных феодальных семейств. Если он эти пять боярских семейств уничтожил бы, то вообще не было бы Смутного времени. А Иван Грозный кого-нибудь казнил и потом долго каялся и молился. Бог ему в этом деле мешал... Нужно было быть еще решительнее.
Молотов: Исторические события надо показывать в правильном осмыслении. Вот, например, был случай с пьесой Демьяна Бедного "Богатыри". Демьян Бедный там издевался над крещением Руси, а дело в том, что принятие христианства для своего исторического этапа было явлением прогрессивным.
Сталин: Конечно, мы не очень хорошие христиане, но отрицать прогрессивную роль христианства на определенном этапе нельзя. Это событие имело очень крупное значение, потому что это был поворот русского государства на смыкание с Западом, а не ориентация на Восток.
Об отношении с Востоком Сталин говорит, что, только что освободившись от татарского ига, Иван Грозный торопился объединить Россию с тем, чтобы быть оплотом против возможных набегов татар. Астрахань была покорена, но в любой момент могла напасть на Москву. Крымские татары также могли это сделать.
Сталин: Демьян Бедный представлял себе исторические перспективы неправильно. Когда мы передвигали памятник Минину и Пожарскому ближе к храму Василия Блаженного, Демьян Бедный протестовал и писал о том, что памятник надо вообще выбросить и вообще надо забыть о Минине и Пожарском. В ответ на это письмо я назвал его "Иваном, не помнящим своего родства". Историю мы выбрасывать не можем...
Дальше Сталин делает ряд замечаний по поводу трактовки образа Ивана Грозного и говорит о том, что Малюта Скуратов был крупным военачальником и героически погиб в войну с Ливонией.
Черкасов в ответ на то, что критика помогает и что Пудовкин после критики сделал хороший фильм "Адмирал Нахимов", сказал: "Мы уверены в том, что мы сделаем не хуже, ибо я работаю над образом Ивана Грозного не только в кино, но и в театре, полюбил этот образ и считаю, что наша переделка сценария может оказаться правильной и правдивой".
На что Сталин ответил (обращаясь к Молотову и Жданову): "Ну что ж, попробуем".
Черкасов: Я уверен в том, что переделка удастся.
Сталин: Дай вам бог, каждый день - новый год. (Смеется.)
Эйзенштейн: Мы говорим, что в первой серии удался ряд моментов, и это нам дает уверенность в том, что мы сделаем и вторую серию.
Сталин: Что удалось, и хорошо, мы сейчас не говорим, мы говорим сейчас только о недостатках.
Эйзенштейн спрашивает, не будет ли еще каких-либо специальных указаний в отношении картины.
Сталин: Я даю вам не указания, а высказываю замечания зрителя. Нужно исторические образы правдиво отображать. Ну, что нам показали Глинку? Какой это Глинка? Это же - Максим, а не Глинка. Артист Чирков не может перевоплощаться, а для актера самое главное качество - уметь перевоплощаться. (Обращаясь к Черкасову.) Вот вы перевоплощаться умеете.
На что Жданов замечает, что Черкасову не повезло с Иваном Грозным. Тут была еще паника с "Весной", и он стал играть дворников - в картине "Во имя жизни" он играет дворника.
Черкасов говорит, что он играл большинство царей и играл даже Петра Первого и Алексея.
Жданов: По наследственной линии. По наследственной переходили...
Сталин: Нужно правильно и сильно показывать исторические фигуры. (К Эйзенштейну.) Вот, Александра Невского - Вы компоновали? Прекрасно получилось. Самое важное - соблюдать стиль исторической эпохи. Режиссер может отступать от истории; неправильно, если он будет просто списывать детали из исторического материала, он должен работать своим воображением, но - оставаться в пределах стиля. Режиссер может варьировать в пределах стиля исторической эпохи.
Жданов говорит, что Эйзенштейн увлекается тенями (что отвлекает зрителя от действия) и бородой Грозного, что Грозный слишком часто поднимает голову, чтобы было видно его бороду.
Эйзенштейн обещает в будущем бороду Грозного укоротить.
Сталин (вспоминая отдельных исполнителей первой серии "Ивана Грозного"): Курбский - великолепен. Очень хорош Старицкий (артист Кадочников). Он очень хорошо ловит мух. Тоже: будущий царь, а ловит руками мух!
Такие детали нужно давать. Они вскрывают сущность человека.
Сталин говорит Черкасову, что он умеет перевоплощаться и что, пожалуй, у нас еще умел перевоплощаться артист Хмелев.
Черкасов сказал, что он многому научился, работая статистом в Мариинском театре в Ленинграде в то время, когда там играл и выступал Шаляпин - великий мастер перевоплощения.
Сталин: Это был великий актер.
Сталин: Ну, что же, тогда, значит, вопрос решен. Как вы считаете, товарищи (обращается к Молотову и Жданову), - дать возможность доделать фильм товарищам Черкасову и Эйзенштейну? - и добавляет: передайте об этом товарищу Большакову.
Черкасов спрашивает о некоторых частностях картины и о внешнем облике Ивана Грозного.
Сталин: Облик правильный, его менять не нужно. Хороший внешний облик Ивана Грозного.
Черкасов: Сцену убийства Старицкого можно оставить в сценарии?
Сталин: Можно оставить. Убийства бывали.
Черкасов: У нас есть в сценарии сцена, где Малюта Скуратов душит митрополита Филиппа.
Жданов: Это было в Тверском Отроч монастыре?
Черкасов: Да. Нужно ли оставить эту сцену?
Сталин сказал, что эту сцену оставить нужно, что это будет исторически правильно.
Молотов говорит, что репрессии вообще показывать можно и нужно, но надо показать, почему они делались, во имя чего. Для этого нужно шире показать государственную деятельность, не замыкаться только сценами в подвалах и закрытых помещениях, а показать широкую государственную деятельность.
Черкасов высказывает свои соображения по поводу будущего переделанного сценария, будущей второй серии.
Сталин: На чем будет кончаться картина? Как лучше сделать еще две картины, то есть 2-ю и 3-ю серии? Как мы это думаем вообще сделать?
Эйзенштейн говорит, что лучше соединить снятый материал второй серии с тем, что остался в сценарии, в одну большую картину. Все с этим соглашаются.
Сталин: Чем будет у нас кончаться фильм?
Черкасов говорит, что фильм будет кончаться разгромом Ливонии, трагической смертью Малюты Скуратова, походом к морю, где Иван Грозный стоит у моря в окружении войска и говорит: "На морях стоим и стоять будем!"
Сталин: Так оно и получилось, и даже немножко больше.
Черкасов спрашивает, нужно ли наметку будущего сценария фильма показывать для утверждения Политбюро?
Сталин: Сценарий представлять не нужно, разберитесь сами. Вообще по сценарию судить трудно, легче говорить о готовом произведении.
Эйзенштейн говорит о том, что было бы хорошо, если бы с постановкой этой картины не торопили.
Это замечание находит оживленный отклик у всех.
Сталин: Ни в каком случае не торопитесь, и вообще поспешные картины будем закрывать и не выпускать. Репин работал над "Запорожцами" 11 лет.
Молотов: 13 лет.
Сталин: (настойчиво): 11 лет.
Все приходят к заключению, что только длительной работой можно действительно выполнить хорошие картины.
По поводу фильма "Иван Грозный" Сталин говорил, что если нужно полтора-два года, даже три года для постановки фильма, то делайте в такой срок, но чтобы картина была сделана хорошо, чтобы она была сделана "скульптурно". Вообще мы сейчас должны поднимать качество. Пусть будет меньше картин, но более высокого качества. Зритель наш вырос, и мы должны показывать ему хорошую продукцию.
Сталин говорит, что режиссер должен быть непреклонен и требовать то, что ему нужно, а наши режиссеры слишком легко уступают в своих требованиях. Иногда бывает, что нужен большой актер, но играет не подходящий на ту или иную роль, потому что он требует и ему дают эту роль играть, а режиссер соглашается.
Сталин: Артист Жаров неправильно, несерьезно отнесся к своей роли в фильме "Иван Грозный". Это несерьезный военачальник.
Жданов: Это не Малюта Скуратов, а какой-то "шапокляк"!
Сталин: Иван Грозный был более национальным царем, более предусмотрительным, он не впускал иностранное влияние в Россию, а вот Петр - открыл ворота в Европу и напустил слишком много иностранцев.
Черкасов говорит о том, что, к сожалению и к своему стыду, он не видел второй серии картины "Иван Грозный". Когда картина была смонтирована и показана, он в то время находился в Ленинграде.
Пожимаем друг другу руки и уходим. В 00:10 минут беседа заканчивается.